И слова эти будут и Пробой и Ролью.
Криком беглых рабов и беспечным кнутом,
Белой Бабочкой дней, Черной Кошкой печали,
Я живу и творю, говоря всем о том,
Что живем мы не так, не об этом мечтали!
Смыслом шепота рек и Тамтамом обид,
Паутиной Луны быстрокрылой над Лесом
Я сную. Отблеск Пламени в Небе парит,
Этих слов в темноте открывая завесу…
Пауза.
ОЛЯ. Молодец. Пойдем?
МИША. Ой, а мне Димочка сказал: дома сидеть… и никого не пускать…
ОЛЯ. А почему он так сказал?
МИША. Потому, что У НИХ сегодня сбор в девять часов…
ОЛЯ. У кого, у них?
МИША. У тех, кто против Бога.
ОЛЯ. А твой этот Димочка знает, где у них будет сбор?
МИША. Нет, только знает, что в девять. А хочешь, я тебя с ним познакомлю?
ОЛЯ (после паузы). Если ты сейчас не начнешь одеваться… я уйду без тебя…
Пауза.
МИША. Нет. Не надо… Не уходи… Я больше не хочу… тебя терять…
ОЛЯ. Потеряешь, если не поторопишься…
Миша начинает одеваться. Уже надел свою рваную кофту, один кроссовок…
Погоди, я что-то пить захотела… Налей мне чаю… ну и себе, конечно…
Миша скидывает кроссовок, идет на кухню.
Во сколько, говоришь Дима придет?
МИША. Сейчас. Зажги газ…
Оля проходит на кухню. Берет чайник. Ставит на плиту, зажигает газ.
ОЛЯ. Он теплый… Не будем греть сильно, времени мало… я не люблю горячий…
МИША. А я люблю. С малиной.
Оля разливает заварку.
У тебя губы, как малина… Можно еще раз?..
ОЛЯ. Что?
МИША. Чувствовать, как малина тает… Это мне напоминает… (Замолкает.)
Пауза.
ОЛЯ. Послушай… а ты… был когда-нибудь… с женщиной?..
МИША. Я был с мамой.
ОЛЯ. Нет, ты не так понял. Ты спал с женщиной?
МИША. Я сплю один…
ОЛЯ. Понятно. (Снимает чайник с плиты, разливает воду.)
Пьют чай.
Сколько времени, у меня часы стоят…
МИША. Вот часы. (Показывает.)
ОЛЯ. Двадцать пять девятого!.. Давай допивай и пойдем… А то мне еще домой… возвращаться…
…Минут через десять к подъезду Мишиного дома подходит младший лейтенант Коренев. Он – в гражданской одежде. Дергает подъездную дверь. Она закрыта. Достает из кармана сотовый. В это время слышно, как с той стороны двери открывается замок и на улицу выходят Миша и Оля. Они проходят мимо стоящего в темноте Коренева.
КОРЕНЕВ. Стоп, молодые люди! Михал Викторыч, ты это куда?
МИША. Димочка!.. Оля, это Димочка!..
КОРЕНЕВ. Куда вы его, барышня?..
Оля молчит.
МИША. Димочка, мы в лес… погуляем… Ко мне Оля пришла!..
КОРЕНЕВ. В лес? В какой лес?!
МИША. Мы?..
ОЛЯ (оглядывается по сторонам, после паузы). В Дальний лес. Такой ответ вас устроит, Дмитрий?! К девяти часам – в Дальний лес!
КОРЕНЕВ. А можно поинтересоваться у вас, барышня? Зачем вам Миша в Дальнем лесу, в столь поздний час?!
МИША. Димочка, Дождик же! Мы на Звезды посмотрим! В лесу Звезды другие!..
ОЛЯ (нарочито выделяя каждое слово). Мы на звезды посмотрим! Звезды будут падать, лес – гореть! Показательно гореть, Димочка, вы меня поняли?! Показательно!!
КОРЕНЕВ. Мишенька, можно тебя на секунду. Барышня, извините уж…
ОЛЯ. Конечно. Только на секунду. А то пропустим… звездопад…
Коренев отводит Мишу в сторону.
КОРЕНЕВ. Паскудник твой отец, вот что я скажу… Куда он направился, не знаешь?
МИША. В лес…
КОРЕНЕВ. Тоже в лес? Становится интересно.
Пауза.
Я прекрасно понимаю, на что я тебя толкаю, Мишенька, но, ты знаешь, ты иди с ней. Христом-Богом прошу!! Ты сейчас не понимаешь, о чем я говорю, да? Ну, еще бы! Я бы тоже не понимал!.. На крыльях летишь, да? А они их, эти крылья обломать хотят!! Хрен им, брат, хрен!!! Не дадим! Но ты иди за ней, братуха! Ты иди за ней, а мы пойдем за тобой! Нас много, тех, кто пойдет за тобой, ты мне веришь?! И мы придем вовремя! Мы ИХ обломаем! Прости меня… Всяко может быть…
Оля и Миша уходят.
Дальний лес… если не врет… Поздно уже не верить… (Достает рацию.) Тридцатый, я тридцать второй…
…Дальний лес. Густые заросли. Тропка. По ней идут Оля и Миша. Миша идет, задрав голову вверх, смотрит на звезды.
МИША. Звезды… они все знают… Свет от них долетает за миллион лет… и можно у тех, у других Звезд, которые на самом деле сейчас… спросить, что будет через миллион лет… они близко… очень близко…
ОЛЯ. Ты шевели ногами, шевели…
МИША. А ты меня обманула.
ОЛЯ. То есть?
МИША. Ты пообещала, что мы будем гулять под Дождем… а Дождь кончился…
ОЛЯ. Это плохо, что кончился.
МИША. Плохо!..
Молчат.
ОЛЯ. Так ты мне не ответил на вопрос… Ты что, до сих пор… мальчик?..
МИША. Я – ребенок…
ОЛЯ. И тебя, ребенок, никто не целовал… до меня?..
МИША. Почему, целовал…
ОЛЯ. Кто?
МИША. Мама.
ОЛЯ. И все?! Ну, я тебе скажу… целуешься ты… хорошо… для мальчика… Но можно лучше. Хочешь научу?..
МИША. Хочу…
…По тропке идут два подростка.
ПЕРВЫЙ. Давай, давай, Алтай! Опоздаем, фюрер нам вставит!..
ВТОРОЙ. Че-то ноги не идут… Как не мои…
ПЕРВЫЙ. Пиво меньше надо было пить, идиот…
ВТОРОЙ. Че я пиво не могу выпить, Амур?..
АМУР. Ну, не сегодня же… Ответственный день!..
АЛТАЙ. Так я за ответственный день и выпил!..
АМУР. Если фюрер мне за тебя вставит, я тебя сожгу… собственноручно!.. Понял?! Распну на свастике!! Стой! Что за шорохи в кустах?
АЛТАЙ. Че, страшно? Не боись! Сейчас посмотрим… Парочка кувыркается.
АМУР. Свети. Пугнём.
АЛТАЙ. На фиг надо?
АМУР. Свети. Э-э!!! Отойдем, Алтай!
АЛТАЙ. Куда ты меня?..
АМУР. Тебе не кажется, что это девчонка Урала?
АЛТАЙ. Вроде она… А с ней не он?
АМУР. Да ты че! Он – серьезный. Будет он тут барахтаться! Он давно уж на месте! Но, что это она – факт!
АЛТАЙ. А, может, просто похожа?
АМУР. Ладно, пошли… Пошли, говорю, куда ты смотришь!.. Там спросим. Урал – правая рука фюрера. Если это она – этот номер у нее за бесплатно не пройдет…
АЛТАЙ. Да и счас не проходит за бесплатно! Шлюха она… Видел, че вытворяет?!
АМУР. Точно. Шлюха.
Уходят. Пойдем за ними.
…Дальний лес редеет, мы спускаемся с холма в низину и видим огромную поляну. Это и есть Лог. Вокруг много пней. Тут и там островками заросли молодняка березы. Грубо сколоченный стол приставлен к одному из пней. Отблески костра, самого костра не видно. В центре – две большие конструкции в виде стоящих свастик. К одной из них уже привязан отец Миши, он без сознания, причем привязан так, что общим видом напоминает Христа, распятого на свастике. Конструкции сделаны с таким условием, что их легко можно облить бензином и поджечь… Возле Мишиного отца стоят два подростка. Еще несколько подростков гуляют на заднем плане. Их имена в точности повторяют географические названия в России, как то: названия рек, горных хребтов и т. д. Учитель сидит за столом, листает какие-то бумаги, не дать, не взять судья перед началом заседания. Мачеха стоит поодаль, вид у нее такой, что она вот-вот сломается… Входят Алтай и Амур.
УЧИТЕЛЬ. Наконец-то! Вас ждем, между прочим.
АМУР. Прошу прощения, фюрер. Дозволено мне сказать?
УЧИТЕЛЬ. Попробуй. Двадцать секунд. Время пошло.
АМУР. Я из-за этого раздолбая опоздал… (Показывает на Алтая.)
АЛТАЙ. Ты че!..
УЧИТЕЛЬ. Продолжай, Амур.
АМУР. Я его еле из дома вытащил… Он пиво там, понимаете, пил с девочками!..
Подростки весело гогочут.
УЧИТЕЛЬ. Будет наказан.
АЛТАЙ. Фюрер, я…
УЧИТЕЛЬ. Никогда не оправдывайся, Алтай. Разберем твое дело. Виноват – ответишь.
АЛТАЙ. Хай, фюрер!
Входит Николай с двумя канистрами.
УЧИТЕЛЬ. Начнем. Садись, Урал. (Показывает Николаю место по правую руку от себя.)
НИКОЛАЙ (садится). Я так понимаю, не все еще подошли.
УЧИТЕЛЬ. Начнем.
Подростки рассаживаются на пни. Отец Миши подает признаки жизни.
ОТЕЦ. Где я? Что это? Я жаловаться бу…
ПОДРОСТОК ПО ПРАВУЮ СТОРОНУ СВАСТИКИ. Я тебе счас пожалуюсь!
ПОДРОСТОК ПО ЛЕВУЮ СТОРОНУ СВАСТИКИ. Ага, а я еще добавлю! (Заносит руку для удара.)
УЧИТЕЛЬ. Отставить! Енисей, Тобол!! Ваши силы нам пригодятся… после… Канистры будете поднимать. Не все же Уралу надрываться.
ЕНИСЕЙ. Хай, фюрер!
ТОБОЛ. Мы поможем Уралу. Урал у нас уже старенький…
НИКОЛАЙ. Я счас кому-то, за что-то…
УЧИТЕЛЬ. Тобол, отвечаешь не по уставу!
ТОБОЛ. Хай, фюрер!
УЧИТЕЛЬ. Вот так. И почему я должен тратить время на этот детский сад?! Ладно. (Начинает.) Хай, фройнден! Хай, «Воинствующие подростки»!
ПОДРОСТКИ. Хай, фюрер!
УЧИТЕЛЬ. Начну наше заседание с неприятного. Телевидение, радио, все газеты трубят о том, что на местном кладбище рисуются свастики, убиты несколько человек… Кого наказать за самоуправство?
АЛТАЙ. Дозволено будет сказать, фюрер? Жить-то где-то надо!.. С мамой-то не хочется…
ТОБОЛ. Ага, мама дома пиво с девочками не дает попить!
АЛТАЙ. А этот Фофанов, депутатишка, жил один в трехкомнатной квартире, онанист хренов!
ГОЛОСА ПОДРОСТКОВ.
– А мы рынок очищали от узбеков!..
– А мы стройки от таджиков!..
УЧИТЕЛЬ (Николаю, вполголоса). Они меня доведут! Из-за них пришлось отдать ментам наших… Мы, конечно, немного потеряли, но…
НИКОЛАЙ (встает). Так, кто здесь фюрер?! Ты… ты… а, может, ты?!
ПОДРОСТКИ. Хай, фюрер!
НИКОЛАЙ. За самоуправство будете наказаны! Сам прослежу. (Садится).
УЧИТЕЛЬ. Спасибо, Урал. Проследи. Построже с ними, построже! Пора это кончать.
НИКОЛАЙ. Хай, фюрер!
ОТЕЦ. А что тут, вообще происходит? Что-то это мне напоминает… Я вырубился, что ли? Мы где, а?
ЕНИСЕЙ. В Германии, в тридцатых годах.
ОТЕЦ. О-о… Просил меня сын не пить, а я…
Входит Оля, которая тащит упирающегося Мишу. Свободной рукой Миша закрывает голову. Это не мешает ему удивленно рассматривать окрестности.
![AddThis Social Bookmark Button](../../button1-bm.gif)